Читать алый рассказ: читать онлайн для детей на ночь сказки на РуСтих

Юрий Коваль — Алый (Рассказы) » Книги читать онлайн бесплатно без регистрации

Цикл рассказов «Алый» впервые опубликован в 1968 году.Для старшего дошкольного и младшего школьного возраста.

Юрий Коваль

АЛЫЙ

(Рассказы)

Приехал на границу молодой боец по фамилии Кошкин. Был он парень румяный и весёлый.

Командир спросил:

— Как фамилия?

— Ёлки-палки, фамилия-то моя Кошкин, — сказал Кошкин.

— А при чём здесь ёлки-палки? — спросил командир и потом добавил: Отвечай ясно и толково, и никаких ёлок-палок. Вот что, Кошкин, — продолжал командир, — собак любишь?

— Товарищ капитан! — отвечал Кошкин. — Скажу ясно и толково: я собак люблю не очень. Они меня кусают.

— Любишь не любишь, а поедешь ты, Кошкин, учиться в школу собачьих инструкторов.

…Приехал Кошкин в школу собачьих инструкторов. По-настоящему она называется так: школа инструкторов службы собак.

Старший инструктор сказал Кошкину:

— Вот тебе щенок. Из этого щенка нужно сделать настоящую собаку.

— Чтоб кусалась? — спросил Кошкин.

Старший инструктор строго посмотрел на Кошкина и сказал:

— Да.

Кошкин осмотрел щенка. Щенок был небольшой, уши его пока ещё не торчали. Они висели, переломившись пополам. Видно, щенок только ещё начал прислушиваться к тому, что происходит на белом свете.

— Придумай ему имя, — сказал старший инструктор. — В этом году мы всех собак называем на букву «А» — Абрек, Акбар, Артур, Аршин и так далее. Понял?

— Понял, — ответил Кошкин.

Но по правде говоря, он ничего не понял. Тогда ему объяснили, что пограничники каждый год называют собак с какой-то одной буквы. Поэтому стоит сказать, как зовут собаку, и ты узнаешь, сколько ей лет и в каком году она родилась.

«Ну и ну! — подумал Кошкин. — Здорово придумано!»

Кошкин взял щенка под мышку и понёс его в казарму. Там он опустил его на пол, и первым делом щенок устроил большую лужу.

— Ну и щенок на букву «А»! — сказал Кошкин. — С тобой не соскучишься.

Щенок, понятное дело, ничего на это не ответил. Но после того, как Кошкин потыкал его носом в лужу, кое-что намотал на ус.

Вытерев нос щенку специальной тряпкой, Кошкин стал думать: «Как же назвать этого лоботряса? На букву „А“, значит… Арбуз?.. Не годится. Агурец? Нет, постой, огурец — на букву „О“…»

— Ну и задал ты мне задачу! — сказал Кошкин щенку.

Кошкин долго перебирал в уме все слова, какие знал на букву «А».

Наконец он придумал ему имя и даже засмеялся от удовольствия. Имя получилось такое — Алый.

— Почему Алый? — удивлялись пограничники. — Он серый весь, даже чёрный.

— Погодите, погодите, — отвечал Кошкин. — Вот он высунет язык — сразу поймёте, почему он Алый.

Стал Кошкин учить Алого. А старший инструктор учил Кошкина, как учить Алого. Только ничего у них не выходило.

Бросит Кошкин палку и кричит:

— Апорт!

Это значит: принеси.

А Алый лежит и не думает бегать за палкой. Алый так рассуждает: «Стану я бегать за какой-то палкой! Если б ты мне бросил кость или хотя бы кусок колбасы — понятно, я бы побежал. А так, ёлки-палки, я лучше полежу».

Словом, Алый был лентяй.

Старший инструктор говорил Кошкину:

— Будьте упорней в достижении своих целей.

И Кошкин был упорен.

— Что ж ты лежишь, голубчик? — говорил он Алому. — Принеси палочку.

Алый ничего не отвечал, а про себя хитро думал: «Что я, балбес, что ли? За палочкой бегать! Ты мне кость брось».

Но кости у Кошкина не было. Он снова кидал палку и уговаривал Алого:

— Цветочек ты мой аленький, лоботрясик ты мой! Принесёшь, ёлки-палки, палку или нет?!

Но Алый тогда поднимался и бежал в другую сторону, а Кошкин бежал за ним.

— Смотри, Алый, — грозился Кошкин, — хвост отвинчу!

Но Алый бежал всё быстрее и быстрее, а Кошкин никак не мог его догнать. Он бежал сзади и грозил Алому кулаком. Но ни разу он не ударил Алого. Кошкин знал, что собак бить — дело последнее.

Прошло несколько месяцев, и Алый подрос. Он стал кое-что понимать. Он понимал, например, что Кошкин — это Кошкин, мужик хороший, который кулаком только грозится. Теперь уж, когда Кошкин бросал палку, Алый так рассуждал: «Хоть это и не кость, а просто палка, ладно уж — принесу».

Он бежал за палкой и приносил её Кошкину. И Кошкин радовался.

— Алый, — говорил он, — ты молодец. Вот получу из дому посылку — дам тебе кусок колбаски: пожуёшь.

А Алый ничего не говорил, но так думал: «Что-то твои посылки, товарищ Кошкин, долго идут. Пока они дойдут, можно с голодухи ноги протянуть».

Но всё же протягивать ноги Алый не собирался. Всех собак кормили хорошо, а Кошкин даже ходил на кухню клянчить кости. И будьте спокойны, Алый эти кости обгладывал моментально.

Вскоре Алый вырос и стал совсем хорошо слушаться Кошкина, потому что он полюбил Кошкина. И Кошкин Алого очень полюбил.

Когда Кошкин получал из дому посылку, он, конечно, делился, давал чего-нибудь и Алому пожевать.

Алый посылок ниоткуда не получал, но думал так: «Если б я получил посылку, я бы тебе, Кошкин, тоже отвалил бы чего-нибудь повкуснее».

В общем, жили они душа в душу и любили друг друга всё сильнее и сильнее. А это, что ни говорите, редко бывает.

Старший инструктор частенько говорил Кошкину:

«Кошкин! Ты должен воспитать такую собаку, чтоб и под воду и под воеводу!»

Кошкин плохо представлял себе, как Алый будет подлезать под воеводу, но у старшего инструктора была такая пословица, и с ней приходилось считаться.

Целыми днями, с утра и до вечера, Кошкин учил Алого. Конечно, Алый быстро понял, что значит «сидеть», «лежать», «к ноге» и «вперёд».

Как-то Кошкин дал ему понюхать драную тряпку. Тряпка как тряпка. Ничего особенного.

Но Кошкин настойчиво совал её Алому под нос. Делать было вроде особенно нечего, поэтому Алый нюхал тряпку и нанюхался до одурения. Потом Кошкин тряпку убрал, а сам куда-то ушёл и вернулся только часа через два.

— Пошли, — сказал он Алому, и они вышли во двор.

Там, во дворе, стояли какие-то люди, закутанные в толстые балахоны. Они стояли спокойно, руками не махали и только смотрели на Алого во все глаза. И вдруг волной хлестнул запах от одного из них — Алый зарычал и бросился к этому человеку, потому что так точно пахла тряпка, какую давал ему Кошкин.

— Ну что ж, — сказал старший инструктор, который стоял неподалёку, — с чутьём у Алого всё в порядке, но это ещё не самое главное.

…Однажды Кошкин посадил Алого в пограничную машину «ГАЗ-69». В машине их уже ожидал старший инструктор. Алый сразу же хотел укусить старшего инструктора, но Кошкин сказал ему:

— Сидеть!

«Я, конечно, могу укусить и сидя, — подумал Алый, — но вижу, ёлки-палки, что этого делать не следует».

Машина немного потряслась на просёлочной дороге и остановилась у леса.

Кошкин и Алый выпрыгнули из кабины, а следом — старший инструктор. Он сказал:

— Товарищ Кошкин! Нарушена государственная граница СССР. Ваша задача: задержать нарушителя!

— Есть задержать нарушителя! — ответил Кошкин как полагается. Потом он погладил Алого и сказал: — Ищи!

Кого искать, Алый сразу не понял. Он просто побежал по опушке леса, а Кошкин — за ним, а старший инструктор — за Кошкиным. Одной рукой Кошкин держал Алого на поводке, другой — придерживал автомат.

Алый пробежал немного вправо, потом немного влево и тут почувствовал запах — чужой и неприятный. Ого! Здесь прошёл человек! Трава, примятая его ногами, успела распрямиться. Но запах-то остался, и Алый рванулся вперёд. Он взял след.

Теперь они бежали по лесу, и ветки сильно хлестали Кошкина по лицу. Так всегда бывает, когда бежишь по лесу, не разбирая дороги.

Тот, кто прошёл здесь несколько часов назад, хитрил, запутывал след, посыпал его табаком, чтобы отбить у собаки охоту бежать за ним. Но Алый след не бросал.

Наконец они прибежали к небольшому ручью, и здесь Алый забеспокоился. Тот человек прошёл давно, и вода, которая имела его запах, утекла куда-то далеко вниз.

Теперь она пахла водорослями, камешками, проплывающим пескарём. И Алому захотелось поймать этого пескаря. Но пескарь спрятался под камень. Алый тронул камень, но оттуда выскочили сразу три пескаря.

Тут Кошкин увидел, что Алый ловит пескаря, и сказал:

— Фу!

Они перебрались на другой берег, и снова Алый почувствовал чужой запах.

Скоро они выскочили на открытую поляну и увидели того, за кем гнались.

Тот бежал, и оглядывался, и махал от страха руками, и рукава его одежды были ужасно длинными.

Кошкин бросил поводок, и Алый огромными прыжками стал нагонять нарушителя. Потом он прыгнул последний раз, пролетел по воздуху, ударил бегущего в спину и сшиб его с ног. Тот упал ничком и даже пошевелиться не мог, потому что Алый придавил его к земле.

Кошкин еле оттащил Алого за ошейник.

Тогда лежащий приподнялся и сказал:

— Ну и собачка у вас, товарищ Кошкин! Обалдеть можно!

Юрий Коваль — Алый (Рассказы) » Книги читать онлайн бесплатно без регистрации

Коваль Юрий Иосифович

Алый (Рассказы)

Юрий Иосифович Коваль

Алый

Рассказы

Для старшего дошкольного и младшего школьного возраста.

СОДЕРЖАНИЕ

Алый

Елец

Козырёк

Особое задание

Белая лошадь

АЛЫЙ

Приехал на границу молодой боец по фамилии Кошкин. Был он парень румяный и весёлый.

Командир спросил:

— Как фамилия?

— Ёлки-палки, фамилия-то моя Кошкин, — сказал Кошкин.

— А при чём здесь ёлки-палки? — спросил командир и потом добавил: Отвечай ясно и толково, и никаких ёлок-палок. Вот что, Кошкин, — продолжал командир, — собак любишь?

— Товарищ капитан! — отвечал Кошкин. — Скажу ясно и толково: я собак люблю не очень. Они меня кусают.

— Любишь не любишь, а поедешь ты, Кошкин, учиться в школу собачьих инструкторов.

…Приехал Кошкин в школу собачьих инструкторов. По-настоящему она называется так: школа инструкторов службы собак.

Старший инструктор сказал Кошкину:

— Вот тебе щенок. Из этого щенка нужно сделать настоящую собаку.

— Чтоб кусалась? — спросил Кошкин.

Старший инструктор строго посмотрел на Кошкина и сказал:

— Да.

Кошкин осмотрел щенка. Щенок был небольшой, уши его пока ещё не торчали. Они висели, переломившись пополам. Видно, щенок только ещё начал прислушиваться к тому, что происходит на белом свете.

— Придумай ему имя, — сказал старший инструктор. — В этом году мы всех собак называем на букву «А» — Абрек, Акбар, Артур, Аршин и так далее. Понял?

— Понял, — ответил Кошкин.

Но по правде говоря, он ничего не понял. Тогда ему объяснили, что пограничники каждый год называют собак с какой-то одной буквы. Поэтому стоит сказать, как зовут собаку, и ты узнаешь, сколько ей лет и в каком году она родилась.

«Ну и ну! — подумал Кошкин. — Здорово придумано!»

Кошкин взял щенка под мышку и понёс его в казарму. Там он опустил его на пол, и первым делом щенок устроил большую лужу.

— Ну и щенок на букву «А»! — сказал Кошкин. — С тобой не соскучишься.

Щенок, понятное дело, ничего на это не ответил. Но после того, как Кошкин потыкал его носом в лужу, кое-что намотал на ус.

Вытерев нос щенку специальной тряпкой, Кошкин стал думать: «Как же назвать этого лоботряса? На букву «А», значит… Арбуз?.. Не годится. Агурец? Нет, постой, огурец — на букву «О»…»

— Ну и задал ты мне задачу! — сказал Кошкин щенку.

Кошкин долго перебирал в уме все слова, какие знал на букву «А».

Наконец он придумал ему имя и даже засмеялся от удовольствия. Имя получилось такое — Алый.

— Почему Алый? — удивлялись пограничники. — Он серый весь, даже чёрный.

— Погодите, погодите, — отвечал Кошкин. — Вот он высунет язык — сразу поймёте, почему он Алый.

Стал Кошкин учить Алого. А старший инструктор учил Кошкина, как учить Алого. Только ничего у них не выходило.

Бросит Кошкин палку и кричит:

— Апорт!

Это значит: принеси.

А Алый лежит и не думает бегать за палкой. Алый так рассуждает: «Стану я бегать за какой-то палкой! Если б ты мне бросил кость или хотя бы кусок колбасы — понятно, я бы побежал. А так, ёлки-палки, я лучше полежу».

Словом, Алый был лентяй.

Старший инструктор говорил Кошкину:

— Будьте упорней в достижении своих целей.

И Кошкин был упорен.

— Что ж ты лежишь, голубчик? — говорил он Алому. — Принеси палочку.

Алый ничего не отвечал, а про себя хитро думал: «Что я, балбес, что ли? За палочкой бегать! Ты мне кость брось».

Но кости у Кошкина не было. Он снова кидал палку и уговаривал Алого:

— Цветочек ты мой аленький, лоботрясик ты мой! Принесёшь, ёлки-палки, палку или нет?!

Но Алый тогда поднимался и бежал в другую сторону, а Кошкин бежал за ним.

— Смотри, Алый, — грозился Кошкин, — хвост отвинчу!

Но Алый бежал всё быстрее и быстрее, а Кошкин никак не мог его догнать. Он бежал сзади и грозил Алому кулаком. Но ни разу он не ударил Алого. Кошкин знал, что собак бить — дело последнее.

Прошло несколько месяцев, и Алый подрос. Он стал кое-что понимать. Он понимал, например, что Кошкин — это Кошкин, мужик хороший, который кулаком только грозится. Теперь уж, когда Кошкин бросал палку, Алый так рассуждал: «Хоть это и не кость, а просто палка, ладно уж — принесу».

Он бежал за палкой и приносил её Кошкину. И Кошкин радовался.

— Алый, — говорил он, — ты молодец. Вот получу из дому посылку — дам тебе кусок колбаски: пожуёшь.

А Алый ничего не говорил, но так думал: «Что-то твои посылки, товарищ Кошкин, долго идут. Пока они дойдут, можно с голодухи ноги протянуть».

Но всё же протягивать ноги Алый не собирался. Всех собак кормили хорошо, а Кошкин даже ходил на кухню клянчить кости. И будьте спокойны, Алый эти кости обгладывал моментально.

Вскоре Алый вырос и стал совсем хорошо слушаться Кошкина, потому что он полюбил Кошкина. И Кошкин Алого очень полюбил.

Когда Кошкин получал из дому посылку, он, конечно, делился, давал чего-нибудь и Алому пожевать.

Алый посылок ниоткуда не получал, но думал так: «Если б я получил посылку, я бы тебе, Кошкин, тоже отвалил бы чего-нибудь повкуснее».

В общем, жили они душа в душу и любили друг друга всё сильнее и сильнее. А это, что ни говорите, редко бывает.

Старший инструктор частенько говорил Кошкину:

«Кошкин! Ты должен воспитать такую собаку, чтоб и под воду и под воеводу!»

Кошкин плохо представлял себе, как Алый будет подлезать под воеводу, но у старшего инструктора была такая пословица, и с ней приходилось считаться.

Целыми днями, с утра и до вечера, Кошкин учил Алого. Конечно, Алый быстро понял, что значит «сидеть», «лежать», «к ноге» и «вперёд».

Как-то Кошкин дал ему понюхать драную тряпку. Тряпка как тряпка. Ничего особенного.

Но Кошкин настойчиво совал её Алому под нос. Делать было вроде особенно нечего, поэтому Алый нюхал тряпку и нанюхался до одурения. Потом Кошкин тряпку убрал, а сам куда-то ушёл и вернулся только часа через два.

— Пошли, — сказал он Алому, и они вышли во двор.

Там, во дворе, стояли какие-то люди, закутанные в толстые балахоны. Они стояли спокойно, руками не махали и только смотрели на Алого во все глаза. И вдруг волной хлестнул запах от одного из них — Алый зарычал и бросился к этому человеку, потому что так точно пахла тряпка, какую давал ему Кошкин.

— Ну что ж, — сказал старший инструктор, который стоял неподалёку, — с чутьём у Алого всё в порядке, но это ещё не самое главное.

…Однажды Кошкин посадил Алого в пограничную машину «ГАЗ-69». В машине их уже ожидал старший инструктор. Алый сразу же хотел укусить старшего инструктора, но Кошкин сказал ему:

— Сидеть!

«Я, конечно, могу укусить и сидя, — подумал Алый, — но вижу, ёлки-палки, что этого делать не следует».

Машина немного потряслась на просёлочной дороге и остановилась у леса.

Кошкин и Алый выпрыгнули из кабины, а следом — старший инструктор. Он сказал:

— Товарищ Кошкин! Нарушена государственная граница СССР. Ваша задача: задержать нарушителя!

— Есть задержать нарушителя! — ответил Кошкин как полагается. Потом он погладил Алого и сказал: — Ищи!

Кого искать, Алый сразу не понял. Он просто побежал по опушке леса, а Кошкин — за ним, а старший инструктор — за Кошкиным. Одной рукой Кошкин держал Алого на поводке, другой — придерживал автомат.

Алый пробежал немного вправо, потом немного влево и тут почувствовал запах — чужой и неприятный. Ого! Здесь прошёл человек! Трава, примятая его ногами, успела распрямиться. Но запах-то остался, и Алый рванулся вперёд. Он взял след.

Теперь они бежали по лесу, и ветки сильно хлестали Кошкина по лицу. Так всегда бывает, когда бежишь по лесу, не разбирая дороги.

Тот, кто прошёл здесь несколько часов назад, хитрил, запутывал след, посыпал его табаком, чтобы отбить у собаки охоту бежать за ним. Но Алый след не бросал.

Наконец они прибежали к небольшому ручью, и здесь Алый забеспокоился. Тот человек прошёл давно, и вода, которая имела его запах, утекла куда-то далеко вниз.

Теперь она пахла водорослями, камешками, проплывающим пескарём. И Алому захотелось поймать этого пескаря. Но пескарь спрятался под камень. Алый тронул камень, но оттуда выскочили сразу три пескаря.

Тут Кошкин увидел, что Алый ловит пескаря, и сказал:

— Фу!

Они перебрались на другой берег, и снова Алый почувствовал чужой запах.

Скоро они выскочили на открытую поляну и увидели того, за кем гнались.

Тот бежал, и оглядывался, и махал от страха руками, и рукава его одежды были ужасно длинными.

Кошкин бросил поводок, и Алый огромными прыжками стал нагонять нарушителя. Потом он прыгнул последний раз, пролетел по воздуху, ударил бегущего в спину и сшиб его с ног. Тот упал ничком и даже пошевелиться не мог, потому что Алый придавил его к земле.

Кошкин еле оттащил Алого за ошейник.

Тогда лежащий приподнялся и сказал:

— Ну и собачка у вас, товарищ Кошкин! Обалдеть можно!

Человек, за которым они гнались, был не кто иной, как Володька Есаулов, приятель Кошкина и тоже пограничник. И всё это была пока учёба.

Юрий Коваль — Алый (Рассказы) » MYBRARY: Электронная библиотека деловой и учебной литературы. Читаем онлайн.

Цикл рассказов «Алый» впервые опубликован в 1968 году.Для старшего дошкольного и младшего школьного возраста.

Юрий Коваль

АЛЫЙ

(Рассказы)

Приехал на границу молодой боец по фамилии Кошкин. Был он парень румяный и весёлый.

Командир спросил:

— Как фамилия?

— Ёлки-палки, фамилия-то моя Кошкин, — сказал Кошкин.

— А при чём здесь ёлки-палки? — спросил командир и потом добавил: Отвечай ясно и толково, и никаких ёлок-палок. Вот что, Кошкин, — продолжал командир, — собак любишь?

— Товарищ капитан! — отвечал Кошкин. — Скажу ясно и толково: я собак люблю не очень. Они меня кусают.

— Любишь не любишь, а поедешь ты, Кошкин, учиться в школу собачьих инструкторов.

…Приехал Кошкин в школу собачьих инструкторов. По-настоящему она называется так: школа инструкторов службы собак.

Старший инструктор сказал Кошкину:

— Вот тебе щенок. Из этого щенка нужно сделать настоящую собаку.

— Чтоб кусалась? — спросил Кошкин.

Старший инструктор строго посмотрел на Кошкина и сказал:

— Да.

Кошкин осмотрел щенка. Щенок был небольшой, уши его пока ещё не торчали. Они висели, переломившись пополам. Видно, щенок только ещё начал прислушиваться к тому, что происходит на белом свете.

— Придумай ему имя, — сказал старший инструктор. — В этом году мы всех собак называем на букву «А» — Абрек, Акбар, Артур, Аршин и так далее. Понял?

— Понял, — ответил Кошкин.

Но по правде говоря, он ничего не понял. Тогда ему объяснили, что пограничники каждый год называют собак с какой-то одной буквы. Поэтому стоит сказать, как зовут собаку, и ты узнаешь, сколько ей лет и в каком году она родилась.

«Ну и ну! — подумал Кошкин. — Здорово придумано!»

Кошкин взял щенка под мышку и понёс его в казарму. Там он опустил его на пол, и первым делом щенок устроил большую лужу.

— Ну и щенок на букву «А»! — сказал Кошкин. — С тобой не соскучишься.

Щенок, понятное дело, ничего на это не ответил. Но после того, как Кошкин потыкал его носом в лужу, кое-что намотал на ус.

Вытерев нос щенку специальной тряпкой, Кошкин стал думать: «Как же назвать этого лоботряса? На букву „А“, значит… Арбуз?.. Не годится. Агурец? Нет, постой, огурец — на букву „О“…»

— Ну и задал ты мне задачу! — сказал Кошкин щенку.

Кошкин долго перебирал в уме все слова, какие знал на букву «А».

Наконец он придумал ему имя и даже засмеялся от удовольствия. Имя получилось такое — Алый.

— Почему Алый? — удивлялись пограничники. — Он серый весь, даже чёрный.

— Погодите, погодите, — отвечал Кошкин. — Вот он высунет язык — сразу поймёте, почему он Алый.

Стал Кошкин учить Алого. А старший инструктор учил Кошкина, как учить Алого. Только ничего у них не выходило.

Бросит Кошкин палку и кричит:

— Апорт!

Это значит: принеси.

А Алый лежит и не думает бегать за палкой. Алый так рассуждает: «Стану я бегать за какой-то палкой! Если б ты мне бросил кость или хотя бы кусок колбасы — понятно, я бы побежал. А так, ёлки-палки, я лучше полежу».

Словом, Алый был лентяй.

Старший инструктор говорил Кошкину:

— Будьте упорней в достижении своих целей.

И Кошкин был упорен.

— Что ж ты лежишь, голубчик? — говорил он Алому. — Принеси палочку.

Алый ничего не отвечал, а про себя хитро думал: «Что я, балбес, что ли? За палочкой бегать! Ты мне кость брось».

Но кости у Кошкина не было. Он снова кидал палку и уговаривал Алого:

— Цветочек ты мой аленький, лоботрясик ты мой! Принесёшь, ёлки-палки, палку или нет?!

Но Алый тогда поднимался и бежал в другую сторону, а Кошкин бежал за ним.

— Смотри, Алый, — грозился Кошкин, — хвост отвинчу!

Но Алый бежал всё быстрее и быстрее, а Кошкин никак не мог его догнать. Он бежал сзади и грозил Алому кулаком. Но ни разу он не ударил Алого. Кошкин знал, что собак бить — дело последнее.

Прошло несколько месяцев, и Алый подрос. Он стал кое-что понимать. Он понимал, например, что Кошкин — это Кошкин, мужик хороший, который кулаком только грозится. Теперь уж, когда Кошкин бросал палку, Алый так рассуждал: «Хоть это и не кость, а просто палка, ладно уж — принесу».

Он бежал за палкой и приносил её Кошкину. И Кошкин радовался.

— Алый, — говорил он, — ты молодец. Вот получу из дому посылку — дам тебе кусок колбаски: пожуёшь.

А Алый ничего не говорил, но так думал: «Что-то твои посылки, товарищ Кошкин, долго идут. Пока они дойдут, можно с голодухи ноги протянуть».

Но всё же протягивать ноги Алый не собирался. Всех собак кормили хорошо, а Кошкин даже ходил на кухню клянчить кости. И будьте спокойны, Алый эти кости обгладывал моментально.

Вскоре Алый вырос и стал совсем хорошо слушаться Кошкина, потому что он полюбил Кошкина. И Кошкин Алого очень полюбил.

Когда Кошкин получал из дому посылку, он, конечно, делился, давал чего-нибудь и Алому пожевать.

Алый посылок ниоткуда не получал, но думал так: «Если б я получил посылку, я бы тебе, Кошкин, тоже отвалил бы чего-нибудь повкуснее».

В общем, жили они душа в душу и любили друг друга всё сильнее и сильнее. А это, что ни говорите, редко бывает.

Старший инструктор частенько говорил Кошкину:

«Кошкин! Ты должен воспитать такую собаку, чтоб и под воду и под воеводу!»

Кошкин плохо представлял себе, как Алый будет подлезать под воеводу, но у старшего инструктора была такая пословица, и с ней приходилось считаться.

Целыми днями, с утра и до вечера, Кошкин учил Алого. Конечно, Алый быстро понял, что значит «сидеть», «лежать», «к ноге» и «вперёд».

Как-то Кошкин дал ему понюхать драную тряпку. Тряпка как тряпка. Ничего особенного.

Но Кошкин настойчиво совал её Алому под нос. Делать было вроде особенно нечего, поэтому Алый нюхал тряпку и нанюхался до одурения. Потом Кошкин тряпку убрал, а сам куда-то ушёл и вернулся только часа через два.

— Пошли, — сказал он Алому, и они вышли во двор.

Там, во дворе, стояли какие-то люди, закутанные в толстые балахоны. Они стояли спокойно, руками не махали и только смотрели на Алого во все глаза. И вдруг волной хлестнул запах от одного из них — Алый зарычал и бросился к этому человеку, потому что так точно пахла тряпка, какую давал ему Кошкин.

— Ну что ж, — сказал старший инструктор, который стоял неподалёку, — с чутьём у Алого всё в порядке, но это ещё не самое главное.

…Однажды Кошкин посадил Алого в пограничную машину «ГАЗ-69». В машине их уже ожидал старший инструктор. Алый сразу же хотел укусить старшего инструктора, но Кошкин сказал ему:

— Сидеть!

«Я, конечно, могу укусить и сидя, — подумал Алый, — но вижу, ёлки-палки, что этого делать не следует».

Машина немного потряслась на просёлочной дороге и остановилась у леса.

Кошкин и Алый выпрыгнули из кабины, а следом — старший инструктор. Он сказал:

— Товарищ Кошкин! Нарушена государственная граница СССР. Ваша задача: задержать нарушителя!

— Есть задержать нарушителя! — ответил Кошкин как полагается. Потом он погладил Алого и сказал: — Ищи!

Кого искать, Алый сразу не понял. Он просто побежал по опушке леса, а Кошкин — за ним, а старший инструктор — за Кошкиным. Одной рукой Кошкин держал Алого на поводке, другой — придерживал автомат.

Алый пробежал немного вправо, потом немного влево и тут почувствовал запах — чужой и неприятный. Ого! Здесь прошёл человек! Трава, примятая его ногами, успела распрямиться. Но запах-то остался, и Алый рванулся вперёд. Он взял след.

Теперь они бежали по лесу, и ветки сильно хлестали Кошкина по лицу. Так всегда бывает, когда бежишь по лесу, не разбирая дороги.

Тот, кто прошёл здесь несколько часов назад, хитрил, запутывал след, посыпал его табаком, чтобы отбить у собаки охоту бежать за ним. Но Алый след не бросал.

Наконец они прибежали к небольшому ручью, и здесь Алый забеспокоился. Тот человек прошёл давно, и вода, которая имела его запах, утекла куда-то далеко вниз.

Теперь она пахла водорослями, камешками, проплывающим пескарём. И Алому захотелось поймать этого пескаря. Но пескарь спрятался под камень. Алый тронул камень, но оттуда выскочили сразу три пескаря.

Тут Кошкин увидел, что Алый ловит пескаря, и сказал:

— Фу!

Они перебрались на другой берег, и снова Алый почувствовал чужой запах.

Скоро они выскочили на открытую поляну и увидели того, за кем гнались.

Тот бежал, и оглядывался, и махал от страха руками, и рукава его одежды были ужасно длинными.

Кошкин бросил поводок, и Алый огромными прыжками стал нагонять нарушителя. Потом он прыгнул последний раз, пролетел по воздуху, ударил бегущего в спину и сшиб его с ног. Тот упал ничком и даже пошевелиться не мог, потому что Алый придавил его к земле.

Кошкин еле оттащил Алого за ошейник.

Тогда лежащий приподнялся и сказал:

— Ну и собачка у вас, товарищ Кошкин! Обалдеть можно!

Прочитать историю об Алой Роуз Бло — Глава 14 онлайн

Глава 14: Глава 15 Самая большая битва в моей жизни Скарлет

Как только я вернулся из школы, я пошел прямо в свою комнату, хлопнул дверью, написал сообщение, позвонил и дал Уилстону то, что он заслуживал, успокоить меня Я отправил записи песен разрыва, чтобы он точно знал, как сильно он меня обидел как сильно я был зол, чтобы дать ему понять, как плохо я себя чувствовал и как я чувствовал себя больше, чем преданным человеком, в которого я еще больше влюбился, я не мог простить его пока.

Я хотел, чтобы пространство и время находились подальше от него, и это убивало меня все больше и больше, просто делая это. На следующий день я пошел в школу. Я все сидел один, я больше не мог находиться рядом с кем-либо. Я был слишком ранен и теперь сломлен.Я попытался вытащить Уилстоуна, и хорошо, я пригласил Лорнена, чтобы быть моим лучшим другом, и, конечно же, он сказал да, но каждую ночь и день, когда я не спал в своем гробу, ни разу я не думал о Лорнен. и единственным человеком в моей голове и в моем сердце был Уиллстон. Я заключил договор, чтобы отомстить Уилстону за то, что он причинил мне боль, как он. Я впустил Лорнена в мир секса, он был ужасным мешком с кровью и абсолютно засасывал в спальне, но я кусал и принимал столько крови, сколько хотел, когда он на самом деле осыпался правильно.

Это не была не разминка, а просто много траха, и для меня это ни черта не значило, я хочу, чтобы меня сбили с толку и уйти, и на этом все. Я стряхнул с Лорена одежду, и он просто хорошо сыграл, все, о чем я мог думать, это как Уиллстон отдал что-то, что было моим, и все же я делал то же самое, без разницы, кроме того, что кто-то получил мою вишенку, и это не более самый грязный мерзкий ублюдок и это Лорен.

Все, что сделал Уиллстон, — это позволил кому-то чертовски близко занять мое место и мои поцелуи, а затем немного всей той ярости и гнева, которые были заложены во мне, что я поцарапал, заставив Лорен истекать кровью, как сумасшедший, от того, что вонзился в него моими ногтями, и грязь с его тела попала мне под ногти и фу, мерзко — это все, что я мог подумать, он закончил, но я все еще был зол.


Прочитать историю об Алой Роуз Бло — Глава 26 онлайн

Глава 26: Глава 27 Скарлет

Что ж, это был долгий сон. Мальвик все еще спит, я не мог понять, почему, поэтому я сделал то, что должно быть сделано, не только потому, что я был голоден, но и мне нужно было достать вещи для детской комнаты.

Я вышла из гостиной и перешла к Малвичу, и в моей комнате была моя одежда, и я прошел из гостиной через кухню, а затем в ванную, принял душ, побрился, почистил зубы, оделся и вышел через входную дверь и запер ее за собой.

Я пошла в Super Shop Stop и собрала достаточно пакетов с кровью, чтобы нас хватило на год, но чувствую, что беременна, этого нам может не хватить. У меня есть детская кроватка, автокресло, коляска, одежда и еще много всего, что нужно ребенку.У меня даже есть симпатичный комод для ребенка, пеленальный столик, ванна и мыло. Бутылочки, и соски, и прочее.

Когда я отнес все, что у меня было, к кассиру, он посмотрел на меня, как я должен все это себе позволить. Я вытащила свою толстую пачку счетов, чтобы заплатить за все, что он упал, и сказала, что если я куплю ребенка и куплю себе карточку, в следующий раз вещи будут намного дешевле, потому что у меня есть все фирменные вещи для моего ребенка, потому что он особенный для меня и он заслуживает самого лучшего.

Я упаковал все в багажник и уехал домой.Когда я подъехал, я открыл дверь и заметил, что Мальвик все еще спит, это рассмешило меня. Я поспешил сначала отнести пакеты с кровью и положил их в морозильную камеру, а после того, как я отнес вещи ребенка в его комнату и начал заполнять комнату одеждой в шкафу и комодами, складывал книги о монстрах на книжную полку и игрушки драконов и демонов душно, и он расстелил свой коврик, и коврик для игр, и собирал вещи, и играл в гостиной.

Вернулся в детскую, повесил на стенах полки и ночники, собрал его кровать и положил на нее свои вещи.

Когда я только что закончил, Мальвик входит в комнату, просто смотрит на меня, оглядывается на комнату и говорит, что это хорошая комната для мальчика. Я сказал ему спасибо, я сказал ему, что мне нужно вернуться к машине, чтобы взять коляску, но он уже был в ней и даже схватил сумку для подгузников, в которой было намного больше вещей.

Я поблагодарил Мальвича за то, что он принес все остальное, и он сказал мне, что пристегнул автокресло, и я поблагодарил вас за это тоже, и я сказал ему, что если он голоден, у нас есть пакеты с кровью в морозильной камере.

Я не хотел ничего откладывать, и мне нужно было снова утолить жажду крови. Я вынул много пакетов с кровью и начал полностью сливать один за другим. Мне это было нужно.После того, как мы закончили, я сказал Мальвичу, что он не всегда может спать в моем гробу, и нам нужно купить его собственный.

Он сказал, что ладно, пойдем, он взял ключи и мы вышли, он запер за мной дверь и открыл мою дверь в джип, помог мне сесть и даже пристегнул ремень безопасности, и Мальвич сел с водительской стороны, и мы были готовы чтобы достать ему хороший гроб и одежду, поэтому я сказал ему, куда идти, чтобы мы могли получить все сразу.

Однажды в крутом месте для покупок, в которое мы заходим, он выбирает зубную щетку, одежду, пару комодов и еще одну морозильную камеру, а теперь, чтобы выбрать свой гроб, он хотел, чтобы все было черным и крылышками вокруг буквы М, как у меня, и кровью красный цвет внутри.

Он просмотрел более восемнадцати гробов и, наконец, нашел тот, который хочет, чтобы мы поднялись, чтобы проверить, и я вручил кассиру карточку ребенка и меня и расплатился наличными.Когда мы вернулись домой, я был так чертовски жаждущим крови, что прошел через намного больше пакетов с кровью, и они были осушены как ничто.

Мальвик отнес свой гроб в нашу комнату, взял свои новые вещи и положил их туда, куда нужно. Когда Мальвич закончил, я спросил, могу ли я с ним поговорить. Мальвик просто посмотрел на меня так, черт возьми.

Хорошо, Мальвич, я задам только два вопроса, и все в порядке.Первый вопрос, как тебе нравится твоя новая жизнь? Второй вопрос: что вы сделали со своей жизнью.


Алая буква Введение | Shmoop

The Scarlet Letter Introduction

Страсть, безумные эмоции и запретная любовь: это новейший 50 оттенков чего угодно ? Или это книга Натаниэля Хоторна «Алая буква », опубликованная в 1850 году и разворачивающаяся более века назад среди этих душных старых пуритан с их забавными шляпами и пряжками?

Ага. Это второй. Натаниэль Хоторн рассказывает историю бедной, преследуемой Эстер Принн и ее любовника в ранней колонии Массачусетского залива, где его предки сыграли роль в преследовании женщин-квакеров, а также в судебном преследовании женщин в Салемских судах над ведьмами. (Эй, вы не можете выбрать свою семью.) В предисловии The Scarlet Letter Хоторн фактически ссылается на эту историю, беря на себя вину за действия этих предков и надеясь, что любое проклятие, вызванное их жестокостью, будет снято .

(Щелкните инфографику карты, чтобы загрузить.)

Прежде чем мы отправимся в захватывающий мир Бостона середины 17-го века, давайте сделаем краткий обзор: это было общество, управляемое пуританами, религиозными мужчинами и женщинами, которые поселились в Плимут-Рок, основали Бостон и начали эксперимент, который рос. в США А. Пуритане покинули Англиканскую церковь (христианскую церковь, ну, Англию), потому что они думали, что она становится слишком расслабленной в вещах, и они хотели свободы исповедовать свою собственную строгую форму религии. .Действие романа происходит в глубоко религиозном месте и времени, и в центре его внимания — концепция отношения человека к себе (или себе) и христианскому Богу.

Сам роман возник в трудное время в жизни Хоторна. После окончания Боудуин-колледжа, где он общался с поэтом Генри Уодсвортом Лонгфелло и будущим президентом США Франклином Пирсом, Хоторн устроился на государственную работу в таможню в Салеме. Он потерял работу в 1849 году, незадолго до смерти его любимой матери.Вместо того, чтобы лежать на диване, есть Hot Cheetos Фламина и играть в Halo во время безработицы (кхм), Хоторн решил написать книгу. Когда он прочитал жене последние слова последней главы, он побежал спать в слезах.

В этот момент Хоторн знал, что у него был удар по руке, и какой это был удар. О, конечно, это был один из

A Study in Scarlet., Автор А. Конан Дойл

Этюд в багровых тонах А. Конан Дойля
Проект Гутенберг Электронная книга "Этюда в багровых тонах" Артура Конан Дойля

Эта электронная книга предназначена для использования кем угодно и где угодно бесплатно и с
почти никаких ограничений. Вы можете скопировать, отдать или
повторно использовать его в соответствии с условиями лицензии Project Gutenberg, включенной
в этой электронной книге или на сайте www.gutenberg.org


Название: Этюд в алом

Автор: Артур Конан Дойл

Дата выпуска: 12 июля 2008 г. [Электронная книга № 244]
Последнее обновление: 30 сентября 2016 г.

Язык: Английский

Кодировка набора символов: UTF-8

*** НАЧАЛО ЭТОГО ПРОЕКТА GUTENBERG EBOOK ИЗУЧЕНИЕ АЛЫМ ***




От продюсеров Роджера Сквайрса и Дэвида Виджера





 

Автор: А.Конан Дойл

1

Примечание переводчика оригинала: этот электронный текст подготовлен непосредственно из Издание 1887 г., и было уделено внимание точному копированию оригинала, включая типографские и пунктуационные капризы.

Дополнения к тексту включают добавление символа подчеркивания к укажите курсивом, а текстовые конечные примечания в квадратных скобках.

Примечание редактора Project Gutenberg: при перепроверке и перемещении старых файлов PG как это для существующей системы каталогов PG, это политика переформатируйте текст в соответствии со стандартами PG. В этом случае однако, учитывая примечание выше первоначального транскрибера описывая свои попытки скопировать оригинальное издание 1887 г. капризы типографики и пунктуации, никаких изменений в текстовый файл ascii.Однако в файле Latin-1 и этом html файле действующие стандарты соблюдаются, и несколько французских и испанских слов получили соответствующие акценты.

В части II «Страна святых» много говорится о мормонской церкви.



СОДЕРЖАНИЕ

ИССЛЕДОВАНИЕ В АЛОМ.

ЧАСТЬ I.

ГЛАВА I. ШЕРЛОК ХОЛМС.

ГЛАВА II. НАУКА ВЫВОДА.

ГЛАВА III. ТАЙНА ЛОРИСТОНСКОГО САДА [6]

ГЛАВА IV. ЧТО ДОЛЖЕН СКАЗАТЬ ДЖОН РЕНС.

ГЛАВА V.НАША РЕКЛАМА ПРИХОДИТ ПОСЕТИТЕЛЯ.

ГЛАВА VI. ТОБИАС ГРЕГСОН ПОКАЗЫВАЕТ, ЧТО ОН МОЖЕТ ДЕЛАТЬ.

ГЛАВА VII. СВЕТ В ТЕМНОТЕ.

ЧАСТЬ II. СТРАНА СВЯТЫХ

ГЛАВА I. НА ВЕЛИКОЙ ЩЕЛОЧНОЙ РАВНИНЕ.

ГЛАВА II.ЦВЕТОК ЮТА.

ГЛАВА III. ДЖОН ФЕРЬЕР РАЗГОВАРИВАЕТ С ПРОРОК.

ГЛАВА IV. ПОЛЕТ НА ЖИЗНЬ.

ГЛАВА V. АНГЕЛЫ-МСТИТЕЛИ.

ГЛАВА VI. Продолжение воспоминаний ДЖОНА УОТСОНА, доктора медицины

ГЛАВА VII. ВЫВОД.

ПРИМЕЧАНИЯ К ОРИГИНАЛЬНОМУ ТРАНСРИБЕРАМ:


ЧАСТЬ I.

( Репринт с воспоминаний ДЖОНА Х. ВАТСОНА, доктор медицины, поздно Медицинского отдела армии. ) 2

ГЛАВА I.МИСТЕР. ШЕРЛОК ХОЛМС.

В 1878 году я получил степень доктора медицины университета. Лондона и отправился в Нетли, чтобы пройти курс, предписанный для хирурги в армии. Закончив там учебу, я был должным образом прикреплен к Пятому Нортумберлендскому фузилерам в качестве помощника хирурга. В полк находился в то время в Индии, и прежде чем я смог присоединиться к нему, началась вторая афганская война.Приземлившись в Бомбее, я узнал, что мой корпус продвинулся через перевалы и уже был глубоко в страна врага. Я, однако, последовал за многими другими офицерами, которые были в в той же ситуации, что и я, и удалось добраться до Кандагара в безопасности, где я нашел свой полк, и сразу приступил к своим новым обязанностям.

Кампания принесла многим почести и продвижение по службе, но для меня она принесла ничего, кроме несчастий и бедствий.Меня сняли из бригады и прикреплен к беркширам, с которыми я служил в роковой битве при Майванд. Там меня попала в плечо пуля из Джезаля, которая сломал кость и задел подключичную артерию. Я должен был упасть в руки кровожадных Гази, если бы не преданность и мужество, проявленное Мюрреем, моим санитаром, который бросил меня через вьючную лошадь, и успешно доставил меня к британским позициям.

Измученный болью и слабый от продолжительных невзгод, которые у меня были перенесенных, меня отправили вместе с огромной группой раненых в базовый госпиталь в Пешаваре. Здесь я сплотился и уже улучшился чтобы иметь возможность ходить по палате и даже немного погреться на ней веранды, когда меня поразила кишечная лихорадка, это проклятие нашего Индийские владения. В течение нескольких месяцев моя жизнь отчаялась, и когда, наконец, Я пришел в себя и стал поправляться, я был настолько слаб и истощен, что Медицинская комиссия постановила, что не следует терять ни дня, чтобы отправить мне обратно в Англию.Меня отправили, соответственно, в военный корабль «Оронт», и через месяц приземлился на портсмутском пристани. безвозвратно разрушен, но с разрешения отцовского правительства следующие девять месяцев потратьте на попытки улучшить его.

У меня не было ни родственников, ни родственников в Англии, и поэтому я был свободен, как воздух — или так же бесплатно, как доход в одиннадцать шиллингов шесть пенсов в день позволит быть человеком.При таких обстоятельствах я, естественно, тяготел к Лондону, ту огромную выгребную яму, в которую бездельники и бездельники Империи непреодолимо истощены. Там я некоторое время останавливался в частной гостинице в Стрэнде, ведя некомфортное, бессмысленное существование и тратя такие деньги, какие у меня были, гораздо свободнее, чем следовало бы. Так тревожно стало ли состояние моих финансов, что я вскоре понял, что я должен либо покинуть мегаполис и заняться деревенской деятельностью где-нибудь в деревне, либо что я должен полностью изменить свой образ жизни.Выбор Последний вариант, я начал с того, что решил покинуть отель, и чтобы занять мою квартиру в менее претенциозном и менее дорогом домициль.

В тот самый день, когда я пришел к такому выводу, я стоял у Панель критериев, когда кто-то похлопал меня по плечу и повернулся Я узнал юного Стэмфорда, который был при мне костюмером в Бартсе. В вид дружелюбного лица в великой пустыне Лондона — приятный вещь действительно для одинокого человека.В старые времена Стэмфорд никогда не был один из моих друзей, но теперь я приветствовал его с энтузиазмом, и он, в в свою очередь, похоже, обрадовался меня. В изобилии моей радости, Я попросил его пообедать со мной в Холборне, и мы вместе двинулись в путь. в коляске.

«Чем вы занимались, Ватсон?» он спросил в нескрываемое удивление, пока мы гремели по многолюдным улицам Лондона.»Вы тонкие, как рейка, и коричневые, как орех ».

Я дал ему краткий очерк своих приключений и едва закончил его время, когда мы достигли места назначения.

«Бедный дьявол!» — сказал он сочувственно, выслушав мою несчастья. «Что ты до сих пор?»

«Ищу жилье». 3 Я ответил. «Пытаясь решить проблема в том, можно ли получить комфортабельные номера в разумная цена.”

«Это странная вещь», — заметил мой товарищ; «Ты второй мужчина сегодня он использовал это выражение для меня ».

«А кто был первым?» Я спросил.

«Парень, который работает в химической лаборатории в больнице. Он сегодня утром оплакивал себя, потому что не мог заставить кого-нибудь пойти половинки с ним в некоторых хороших комнатах, которые он нашел, и которые были слишком много для его кошелька.

«Ей-богу!» Я закричал: «Если он действительно хочет, чтобы кто-то разделил комнаты и расход, я для него самый мужчина. Я предпочитаю иметь партнера быть одиноким.»

Молодой Стэмфорд довольно странно посмотрел на меня поверх своего бокала. «Вы я еще не знаю Шерлока Холмса, — сказал он; «Возможно, вам не понравится его как постоянного спутника ».

«Почему, что против него?»

«О, я не говорил, что против него что-то было.Он немного странный в его идеи — энтузиаст в некоторых областях науки. Насколько я знаю, что он достаточно приличный парень ».

— Полагаю, студент-медик? сказал я.

«Нет, я понятия не имею, чем он собирается заниматься. Я считаю, что он хорошо разбирается в анатомии, и он первоклассный химик; но насколько я знаете, он никогда не посещал систематические медицинские занятия. Его исследования очень бессистемны и эксцентричны, но он накопил много необычного путь знания, который удивил бы его профессоров.”

«Вы никогда не спрашивали его, чем он занимается?» Я спросил.

«Нет; он не тот человек, которого легко нарисовать, хотя он может достаточно коммуникативен, когда его захватывает воображение ».

«Я хотел бы встретиться с ним», — сказал я. «Если я буду жить у кого-то, я должен предпочесть человека прилежных и тихих привычек. Я недостаточно силен еще не выдержать много шума или волнения.Мне было достаточно и того, и другого в Афганистане чтобы продлиться мне до конца моего естественного существования. Как я мог встретить этот твой друг? »

«Он обязательно будет в лаборатории», — ответил мой товарищ. «Он либо избегает этого места неделями, иначе он работает там с утра до ночи. Если хотите, мы вместе поедем после завтрака.

«Конечно», — ответил я, и разговор перешел в другие каналы.

Когда мы шли в больницу после выхода из Холборна, Стэмфорд дал мне еще несколько подробностей о джентльмене, которого я предложил как товарищ по квартире.

«Не вини меня, если ты не ладишь с ним», — сказал он; «Я знаю ничего больше о нем, чем я узнал, встречаясь с ним время от времени в лаборатория. Вы предложили эту договоренность, поэтому вы не должны держать меня ответственный.”

«Если у нас не получится, расстаться будет легко», — ответил я. «Это мне кажется, Стэмфорд, — добавил я, пристально глядя на моего собеседника, — что вы есть повод мыть руки по этому поводу. Это парень характер такой грозный, или что это? Не болтай об этом «.

«Нелегко выразить невыразимое», — ответил он со смехом. «На мой вкус Холмс слишком научен — он приближается к хладнокровие. Я мог представить, как он дает другу небольшую щепотку новейший растительный алкалоид, не из недоброжелательности, понимаете, но просто из духа исследования, чтобы иметь точное представление о последствия. Чтобы отдать ему должное, я думаю, что он сам примет это такая же готовность. Похоже, он страстно увлечен определенными и точными знания.»

«Тоже очень правильно».

«Да, но это можно довести до крайности.Когда дело доходит до победы над предметы в анатомических кабинетах с палкой, конечно довольно причудливой формы ».

«Избиение подданных!»

«Да, чтобы проверить, насколько далеко могут появиться синяки после смерти. Я видел его в это своими глазами ».

«И все же вы говорите, что он не студент-медик?»

«Нет.Бог знает, каковы объекты его исследований. Но вот и мы, и вы должны составить о нем собственное впечатление ». Пока он говорил, мы повернулись по узкому переулку и прошел через небольшую боковую дверь, которая открывалась в крыло большой больницы. Это была знакомая мне земля, и мне нужно было Никакого руководства, когда мы поднялись по унылой каменной лестнице и спустились вниз длинный коридор с белыми стенами и серо-коричневыми двери.Ближе к дальнему концу от него отходил низкий арочный проход, привел в химическую лабораторию.

Это была высокая комната, уставленная бесчисленным множеством бутылок. Вокруг были разбросаны широкие низкие столы, ощетинившиеся репликами, пробирки и маленькие бунзеновские лампы с мерцающим голубым пламенем. В комнате был только один студент, склонившийся над далекой стол поглощен своей работой.При звуке наших шагов он оглянулся и вскочил на ноги с криком удовольствия. «Я нашел это! Я нашел это » — крикнул он моему товарищу, подбегая к нам с пробиркой в рука. «Я обнаружил реагент, который осаждается гемоглобином, 4 и ничем другим ». Если бы он обнаружил золотую жилу, большее удовольствие могло бы не осветили его черты.

«Доктор Ватсон, мистер- Шерлок Холмс, — представил нас Стэмфорд.

«Как поживаешь?» — сердечно сказал он, сжимая мою руку с силой что я вряд ли должен был отдать ему должное. «Вы были в Я так понимаю, Афганистан ».

«Откуда ты это знаешь?» — удивился я.

«Неважно», — сказал он, посмеиваясь про себя. «Теперь вопрос о гемоглобин.Вы, несомненно, понимаете значение этого моего открытия? »

«Это интересно, химически, без сомнения, — ответил я, — но практически …»

«Да ведь это самое практичное медико-правовое открытие за многие годы. Разве вы не видите, что он дает нам безошибочный тест на пятна крови. Приходить сюда сейчас! » Он с нетерпением схватил меня за рукав куртки и я подошел к столу, за которым он работал. «Давайте немного свежего кровь, — сказал он, впиваясь в палец длинным телом и вытягивая полученная капля крови в химической пипетке. «Теперь я добавляю небольшой количество крови на литр воды. Вы понимаете, что в результате смесь имеет вид чистой воды. Доля крови не может быть более одного на миллион. Я не сомневаюсь, однако, что мы будем способен получить характерную реакцию ». Когда он говорил, он бросил в сосуд несколько белых кристаллов, а затем добавил несколько капель прозрачная жидкость.В одно мгновение содержимое приняло тускло-красное дерево. цвет, и на дно стакана выпала коричневатая пыль. банка.

«Ха! ха! » — воскликнул он, хлопая в ладоши и выглядя счастливым, как ребенок с новой игрушкой. «Что вы думаете об этом?»

«Это кажется очень деликатным испытанием», — заметил я.

«Красивая! прекрасный! Старый тест Guiacum был очень неуклюжим и неопределенным. Как и микроскопическое исследование кровяных телец. Последний бесполезен, если пятна появились несколько часов назад. Теперь, похоже, это действует как хорошо, старая ли кровь или новая. Если бы этот тест был изобретен, там сотни людей ходят сейчас по земле, которые давно заплатили бы наказание за свои преступления ».

«На самом деле!» Пробормотал я.

«Уголовные дела постоянно зависят от одного момента.Мужчина подозревается в преступлении через несколько месяцев после его совершения. Его белье осматривают одежду и обнаруживают на ней коричневатые пятна. Находятся они пятна крови, или пятна грязи, или пятна ржавчины, или пятна фруктов, или что они? Это вопрос, который озадачил многих специалистов, а почему? Потому что не было надежного теста. Теперь у нас есть тест Шерлока Холмса, и больше не будет никаких трудностей ».

Его глаза блестели, когда он говорил, и он положил руку на сердце и поклонился, словно перед аплодирующей толпой, вызванной его воображением.

«Вас следует поздравить», — заметил я, значительно удивившись его энтузиазм.

«В прошлом году во Франкфурте был случай с фон Бишоффом. Он бы наверняка были повешены, если бы этот тест существовал. Потом было Мейсон Брэдфордский, и пресловутый Мюллер, и Лефевр из Монпелье, и Самсон из Нового Орлеана. Я мог бы назвать множество случаев, когда были решающими.”

«Вы, кажется, ходячий календарь преступлений», — смеясь, сказал Стэмфорд. «Вы можете начать статью об этих строках. Назовите это «Полицейские новости Прошлое.'»

«Это тоже может быть очень интересное чтение», — заметил Шерлок. Холмс, наклеивая кусок пластыря на укол на пальце. «Я должен быть осторожен, — продолжал он, с улыбкой обращаясь ко мне, — потому что я много баловаться ядами.Он протянул руку, когда говорил, и я заметил, что все было в пятнах от таких же штукатурок, и обесцвечивается сильными кислотами.

«Мы приехали сюда по делам», — сказал Стэмфорд, садясь на трехногий табурет и толкал ногой в мою сторону еще один. «Мой друг хочет покопаться, и, как вы жаловались, ты не мог заставить никого пойти с тобой наполовину, я думал, что мне лучше объединить вас.”

Шерлоку Холмсу, казалось, понравилась идея разделить со мной свою комнату. «Я ищу апартаменты на Бейкер-стрит, — сказал он, — которые нам подойдут. вниз на землю. Надеюсь, вы не против запаха крепкого табака?

«Я всегда сам курю« корабль », — ответил я.

«Это достаточно хорошо. Обычно у меня есть химические вещества, а иногда и эксперименты.Вас это будет раздражать?

«Ни в коем случае».

«Дай мне посмотреть, каковы еще мои недостатки. Я попадаю на свалку раз, и не открываю рот целыми днями. Вы не должны думать, что я угрюмый, когда я это делаю. Просто оставь меня в покое, и скоро я буду прав. Что есть тебе сейчас признаться? Как хорошо, если два парня знают худшее из друг друга, прежде чем они начнут жить вместе.”

Я засмеялся над перекрестным допросом. «Я держу бычка, — сказал я, — и я возражать против ссор, потому что мои нервы расшатаны, и я встаю при всяких безбожные часы, и я очень ленив. У меня есть еще один набор пороков, когда Я в порядке, но на данный момент это основные.

«Вы включаете игру на скрипке в свою категорию рядов?» он спросил, с тревогой.

«Это зависит от игрока», — ответил я.«Хорошо сыгранная скрипка — удовольствие для богов — плохо сыгранный …

«О, все в порядке», — воскликнул он, весело смеясь. «Я думаю, мы можем считать вещь решенной — то есть, если комнаты подходят для вы.»

«Когда мы их увидим?»

«Позови меня сюда завтра в полдень, и мы вместе пойдем и поселимся все, — ответил он.

«Хорошо, ровно в полдень», — сказал я, пожимая ему руку.

Мы оставили его работать среди своих химикатов и вместе пошли к моему отель.

«Кстати, — внезапно спросил я, останавливаясь и повернувшись к Стэмфорду, — как черт возьми, он знал, что я приехал из Афганистана? »

Мой товарищ загадочно улыбнулся.»Это просто его маленький особенность, — сказал он. «Многие люди хотели знать, как он выясняет. »

«Ой! загадка? » — плакала я, потирая руки. «Это очень пикантно. я Я очень благодарен вам за то, что вы собрали нас вместе. «Правильное изучение знаете, человечество есть человек.

— Тогда вы должны изучить его, — сказал Стэмфорд, прощаясь со мной. «Вы будете но найти для него сложную проблему.Держу пари, он узнает о тебе больше чем вы о нем. Прощай.»

«До свидания», — ответил я и зашагал к себе в отель. интересует мой новый знакомый.

ГЛАВА II. НАУКА ВЫВОДА.

Мы встретились на следующий день, как он и договорился, и осмотрели комнаты в доме № 221Б, 5 Бейкер-стрит, о которой он говорил на нашей встрече.Они состояли из пара комфортабельных спальных комнат и одна большая просторная гостиная, весело обставлен и освещен двумя широкими окнами. Так желательно во всех отношениях были квартиры, и такими умеренными казались условия, когда разделились между нами, что сделка была заключена на месте, и мы сразу вступил во владение. В тот же вечер я переставил свои вещи из отеля, а на следующее утро Шерлок Холмс последовал за мной с несколькими ящиками и чемоданами.День или два мы были заняты заняты распаковкой и раскладкой нашей собственности наилучшим образом. Сделав это, мы постепенно начали успокаиваться и приспосабливаться. в наше новое окружение.

Холмс, конечно, был не таким уж трудным человеком. Он молчал в своем способов, и его привычки были регулярными. Он редко вставал после десяти ночью, и он неизменно завтракал и уходил, прежде чем я вставал утро.Иногда он проводил день в химической лаборатории, иногда в анатомических, а иногда и в длительных прогулках, которые казалось, чтобы забрать его в самые низкие части города. Ничего не могло превзойти его энергию, когда он работал; но время от времени реакция схватила его, и целыми днями он лежал на диване в гостиной, почти не произнося ни слова и не шевелясь с утра до ночи. В этих случаях я замечал такую ​​мечтательную, пустую выражение в его глазах, что я мог заподозрить его в зависимости к употреблению какого-то наркотика, не обладал сдержанностью и чистотой его всю жизнь запретили такое понятие.

По прошествии нескольких недель мой интерес к нему и мое любопытство в отношении его целей в жизни постепенно углублялась и увеличивалась. Сама его личность и внешний вид были таковы, что привлекали внимание самого случайного наблюдателя. В ростом он был более шести футов и настолько худ, что казался быть значительно выше. Его глаза были острыми и пронзительными, за исключением те периоды оцепенения, о которых я упоминал; и его тонкий, как ястреб нос придал всему его лицу вид настороженности и решимости.Его подбородок, тоже имел вид и прямоугольность, которые отличают человека определение. Его руки неизменно были испачканы чернилами и испачканы химикатов, но он обладал необычайной нежностью прикосновения, как я часто приходилось наблюдать, когда я наблюдал, как он манипулирует своим хрупкие философские инструменты.

Читатель может выставить меня безнадежным занудой, когда я признаюсь, что этот человек возбудил мое любопытство, и как часто я пытался сломать через сдержанность, которую он проявлял ко всему, что его касалось.Однако прежде чем вынести приговор, помните, насколько беспредметным моя жизнь, и как мало было, чтобы привлечь мое внимание. Мое здоровье запретил мне выходить на улицу до тех пор, пока

Короткий рассказ: Что увидела Алая пила | GuildWars2.com

Профессор Омадд, заслуженный директор Колледжа синергетики, с тревогой скрутил ухо, ожидая, пока женщина сильвари проснется. Она уже несколько дней яростно билась в изоляторе, выкрикивая случайные слоги и выла от… боли? Экстази? Омадд не был уверен.Даже гений его калибра мог только догадываться, что творится внутри этой зеленой лиственной головы.

Омадд сжал кулак, сжимая ухо до слез. Самый многообещающий ученик, которого он когда-либо обучал, проводил самый важный эксперимент в своей долгой и легендарной карьере, и все, что он мог делать, это бездействовать и волноваться.

Женщина глубоко ахнула и снова содрогнулась. Затем она выпрямилась, разрывая путы, которые связывали ее голову и руки с устройством.

«Сеара?» Омад ободряюще положил руку сильвари на плечо и взвизгнул. Ее кожа была горячей на ощупь, а слабое золотое сияние, которое ее окружало, сменилось ярко-малиновым.

Она медленно повернулась к нему лицом, ее глаза были острыми и сосредоточенными.

«Сеара! Вы меня слышите? Что ты видел?»

Женщина-сильвари подняла раскрытую руку и широко раздвинула пальцы. Тонкая лоза выползла из ее рукава и начала переплетаться между ее растопыренными пальцами.

«Алый», — сказала она. «Меня сейчас зовут Скарлет. Алый вереск ».

— Тогда Скарлет, — отрезал он. «Скажите, пожалуйста: что вы видели?»

Маленькие красные шипы выросли из лозы между пальцами Алого. Она улыбнулась.

«Все», — сказала она.


Сеара вышла из Сна и шагнула вперед, смакуя влажную траву Рощи под своими ногами. Все еще закрывая глаза, она вдохнула, вдыхая свежий запах живых существ вокруг нее.

«Добро пожаловать, саженец». Голос был добрым, тон нежным. «Меня зовут Мендер Серимон. Здесь ты в безопасности ».

«Тссс. Я думаю.» Сеара открыла глаза на яркий мир зеленого, золотого и землисто-коричневого. Солнечный свет струился сквозь полог, питая большие деревья и согревая наземную растительность. Вокруг существа всех форм и размеров взывали друг к другу, исследуя, преследуя, преследуя, всегда в движении.

Сеара моргнула, приятно потрясенная всем этим.Мир представлял собой удивительно сложную систему меньших, взаимосвязанных систем, влияющих друг на друга в постоянно меняющемся танце. Это было невероятно увлекательно: это была сама жизнь, и теперь она была ее частью.

«Саженец?» — сказал Серимон. «Я здесь, чтобы помочь вам акклиматизироваться. Чтобы помочь тебе понять свое место в этом мире и определить цель, которую дала тебе Бледная Мать ».

Ее глаза не отрывались от сложного живого танца леса. «Я найду себе место, большое спасибо.И вряд ли это будет «моей» целью, если кто-то другой даст мне ее «.

Лицо Серимона помрачнело, но он сохранил успокаивающий тон. «Вы проснулись с огромной уверенностью в себе», — сказал он. «Но не надейтесь на многое. Все мы делаем выбор в жизни, но иногда выбор делается за нас. Особенно мы, дети Бледного Дерева. Таков порядок вещей ».

«Как обстоят дела?» Сеара улыбнулась. Мир Серимона был для него так четко определен. Он никогда не стал бы оспаривать это, никогда не проверял, никогда не пытался переопределить это.

Она весело рассмеялась и сказала: «Спасибо, что присутствовали на моем пробуждении, ремонтник. Но что касается моей жизни, то я буду выбирать ».


После восьми лет усердного изучения в Роще Сеара узнала все, что ей было интересно, от своей большой семьи. Ее люди были опытными специалистами во многих ключевых дисциплинах, но они не могли дать те глубокие знания, о которых она мечтала. Она хотела конструировать системы столь же сложные, как те, которые она видела в природе, построить машины столь же возвышенные, как живые существа, которые она видела каждый день.Наибольшую радость в учебе ей принесло тестирование этих устоявшихся систем, чтобы выявить их недостатки и укрепить свои собственные замыслы.

Она многому научилась у мастеров-инженеров из своего народа, но их еда была простой и не могла утолить ее голод. Сеара решила выйти в мир, чтобы найти то, что может.

Ее первая остановка была у кузнецов Хоэльбрака: если она хотела делать машины, ей нужно было разбираться в металле. Она поразила своим интересом и энергией седого старого медведя норна по имени Бейгарт и по его приглашению провела долгую зиму в качестве его ученика, подмастерья и кузнеца.Когда пришла весна, она объявила о своем намерении двигаться дальше, узнав все, что ей нужно было знать. Бейгарт пытался отговорить ее, стремясь передать все свои кузнечные знания такому уникальному и многообещающему ученику, но она покинула его, помахав рукой и весело улыбнувшись. Ей не нужно было быть мастером-кузнецом, чтобы создавать те творения, которые она себе представляла.

Затем она провела два года на гладиуме по имени Асагай, покойного Железного Легиона. Опытный снайпер и подрывник, Асагай мог наощупь определить, собрано ли огнестрельное оружие должным образом, и исправить смещение на полевом орудии, просто слушая звук его грома.Когда Сеара узнала все секреты одинокого солдата и заявила о своем намерении продолжить свои исследования в другом месте, ветеран чарр проклял ее за беспомощного детеныша и пригрозил выпотрошить ее ржавым клинком. Сеара изящно избежала диких колебаний Асагай и почтительно попрощалась с ней. Огнестрельное оружие и артиллерия были забавными, но слишком простыми. Зная, что есть только одно место, которое может расширить ее знания так широко и так быстро, как ей нужно, она отправилась в Рата Сум.


Она обнаружила, что самой сложной задачей было убедить три великих колледжа впустить ее.Помимо присущего им предубеждения против не-асуров, им не нравились скромные сильвари с иллюзиями об академическом превосходстве, «разбавляющих» или «загрязняющих» коллективную интеллектуальную мощь их учеников. Когда Сеара на лету сконструировала полностью функционального големита из небольшого энергетического кристалла, горстки сырой руды и нескольких избранных заклинаний, Тайный совет неохотно предоставил ей временный статус ученицы динамики.

Она закончила курс «Динамика» менее чем за год как студентка с самым высоким рейтингом в своем классе.Огорченные советники дают ей такую ​​же возможность в статике. Когда она достигла аналогичных результатов в те же сроки, они были достаточно заинтригованы, чтобы посмотреть, сможет ли она сделать то же самое с Synergetics.

Однако синергетика

заняла немного больше времени, поскольку Сеара наконец нашла область исследований, которая была безграничной, как ее интерес. Она погрузилась в миазматическую смесь мистических энергетических паттернов и тайных вероятностей Синергетики; в его фокусе на теории хаоса и отображении непредсказуемых связей; в поисках скрытого знания и секретных механизмов, в равных частях происходящих из созерцания эфемерного и применения практического.

Именно здесь, под руководством директора Омадда, Сеара впервые начала заниматься Вечной Алхимией. Чем глубже она углублялась в это, тем больше убеждалась в том, что вершина мысли асуранов была не метамагической машиной или трансцендентным уравнением, а ключом, который позволял получить доступ к основной ткани самой реальности.

Хотя тезис Сеары был полностью поддержан Омаддом, он не был хорошо принят колледжами или Советом Арканов. Они назвали это «неподтвержденной гипотезой».«Необоснованные утверждения, граничащие с академической ересью или, по крайней мере, с преступностью».

Она почти не заметила: она уже начала отделяться от университетской системы в надежде найти исследовательскую организацию, которая будет более восприимчива к ее идеям. Она нашла это в расследовании.


Сеара провела в дознании недолго, но чрезвычайно продуктивно: они научили ее тому, что другие колледжи даже не обсуждали, и разрешили полевые испытания без этих раздражающих и ненужных мер предосторожности.

Однако все закончилось внезапно и плохо, когда Сеара и ее друг Тейо ворвались в архивы города и подделали несколько рисунков, которые они там нашли. Она была представлена ​​ей как средство дать Inquest конкурентное преимущество в предстоящих конкурсах Snaff Prize, но Сеара также оставила свой след в нескольких не связанных между собой проектах, которые она нашла.

Когда поймали, Тейо телепортировалась в безопасное место и покинула Сеару, чтобы столкнуться с последствиями. Совет лишил Сеару ее академической грамоты, и Миротворцы изгнали ее из Рата Сум.Она засмеялась и покинула город без каких-либо записей или вещей, присвистывая на ходу.

Она бродила несколько месяцев, прежде чем поселиться в хилеке Мичотль недалеко от Рата Сум (что потребовало от нее маскироваться под капюшоном с капюшоном, чтобы избежать внимания Миротворцев). Алхимия хайлеков была увлекательной, но она считала это тупиком на выбранном ею пути.

Смешивание зелий, ядов и эликсиров для получения определенных эффектов было похоже на создание устройств, но на ее вкус было слишком много садоводства и недостаточно инженерии.Если бы она хотела посвятить свою жизнь сбору пыльцы или перегонке экстрактов экзотических цветов, она бы никогда не покинула Рощу.

К счастью, близость к Рата Сум позволила Омадду выследить ее. Ее наставник предложил возможность снова исследовать Вечную Алхимию. Сеара согласился и покинул деревню Михотль, не сказав ни слова.

После месяцев кропотливой подготовки эксперимент Омадда был готов. Сеара войдет в свой изолирующий модуль, огромное множество таумеханических устройств, подключенных к камере, похожей на гроб.После активации она будет освобождена от ограничений своего физического тела и сможет погрузиться в метафизический водоворот реальности, как никто никогда не делал.

Он неоднократно предупреждал ее об опасности для ее жизни и ее рассудка. «Вы должны выжить», — сказал он ей. «Единственный недостаток модуля в том, что он не может записывать то, что переживает ваш разум. Если вы не вернетесь или не сможете сформулировать то, что вы узнали, все будет напрасно ».

«Принято к сведению». Лицо Сеары сияло, глаза расширились и были голодны.»Давайте начнем.»


Внутри машины Омадда Вселенная простиралась перед ней, бесконечно обширное море, усыпанное звездами. Она двигалась сквозь него, борясь с его потоками, легко парила над ними или стояла совершенно неподвижно, пока странные огни и магические энергии кружились вокруг нее.

Она видела Тирию как шар в натуральную величину, закрепленный на месте среди космических бурь и массивных облаков потенциальности. Она подумала, увидит ли она себя в лаборатории Омадда, когда в поле зрения появится Рата Сум, но затем нетерпеливо продолжила, погружаясь глубже в бурлящую пустоту.

Стой, дитя мое.

Сеара замолчала. Она много лет не слышала голоса Бледного Дерева.

Пожалуйста, не продолжайте. Стремясь понять силы, которые формируют нас, вы высвободите их. Общество этого не выдержит.

Сеара почувствовала электрическое покалывание, и ей стало интересно, улыбается ли ее тело в лаборатории Омадда. «Сознательно и с радостью», — подумала Сеара. Я думаю , а затем нажал.

Вскоре она увидела впереди неясную светящуюся фигуру. «Дерево, — подумала она… Бледное дерево». Его огромный не совсем белый ствол соединял широкую сеть ветвей и листьев с корневой системой внизу. Вместо орехов или ягод под его листьями были сильвари. Тысячи ее людей свисали с ветвей дерева, как спелые плоды, готовые упасть. Их тела не двигались, но их глаза двигались и закатывались, нетерпеливо осматривая окружающее.

Некоторые упали, как осенние листья, медленно опускаясь до корней.Там они стояли, потягивались, а затем отправлялись в пустоту, исчезая, преодолевая раскидистый навес. Некоторые из них никогда не доходили так далеко, шатаясь, падая и увядая в тени большого дерева.

Разочарование омрачило очарование Сеары. Так ли это было? Неужели так легко инкапсулировать жизни всех сильвари? Рождение, путешествие, опыт, смерть — все это разворачивается под диктатом и философией богоподобной сущности, которая их создала?

Она отказалась это принять.Все, что она узнала, говорит о том, что никакая система, какой бы сложной она ни была, не может существовать бесконечно. Те, которые не развивались, неизбежно терпели поражение.

Именно тогда Сеара увидел колючую лозу. Он вылез из корней у основания дерева и начал подниматься, обвиваясь вокруг ствола и царапая кору своими пыльными красными шипами. Из этих ран сочилась зелено-черная ихор, и огромное дерево содрогнулось.

Тогда Сеара была виноградной лозой, сжимающей ствол великого дерева, как отчаянный любовник.Дерево сопротивлялось ей: она должна была стать его частью, участвовать в его великой цели. Напротив, она была не более чем раздражителем, провокацией.

Теперь вы видите? Голос Бледного Дерева был слабым и далеким, но он вернул Сеару к тому, чтобы рассмотреть дерево на расстоянии. Если вы не едины с тем, для чего рождены, вы потеряны. Хуже того, вы опасны.

Сеара захлестнула волна радости. Опасно, говорите? Ее мысли громко грохотали, как гром, в пустоте. Да будет так.

С отчаянными словами Бледного Древа и ее собственным хриплым смехом, эхом разносящимся в пустоте, Сеара погрузилась в видение великого дерева и за его пределами.


Неподвижный, Омадд широко раскрытыми глазами смотрел на своего бывшего ученика.

«Это сработало», — сказала Скарлет. «Полагаю, мне следует поблагодарить вас за это, хотя держу пари, что в конце концов я бы сам все понял. Тем не менее, нет причин завидовать гению, верно?

Омад не ответил.

Скарлет хихикнула, подняв руку к лицу и наблюдая, как красная лоза шипа гналась между ее пальцами. «Теперь многое имеет смысл. Бледное дерево, Кошмарный двор, Кейт и Фаолэйн… все это часть грандиозного замысла.

«Но я вижу недостатки в этом дизайне. Моим людям не нужно брать то, что нам дано, или быть тем, для чего мы были рождены. Никто не делает. Мы можем изменить правила… ну, я могу. И я собираюсь «.

Омадд ничего не сказал. С пыльными красными шипами, плотно обвивающими его шею, запястья и лодыжки, он не мог.Он молча и неподвижно висел, подвешенный ко всем четырем стенам и потолку на запутанном обрыве шипов, пока под ним капала и собиралась кровь.

«Я так много узнала, — продолжила Скарлет. «Теперь я должен применить эти знания. Возникает непреодолимая проблема, и мой народ призван ее решить. Наш создатель вынуждает нас сделать это.

«Но я отклоняю этот звонок. Я отвергаю мнение о том, что я должен выбрать Мечту, или потеряюсь в Кошмаре. Силы, которые толкают нас так или иначе, можно перенаправить.Их можно противопоставить друг другу в ущерб обоим, и теперь я знаю, как это сделать ».

Скарлет махнула рукой, и шипы вокруг Омадда сжались. Они высоко подняли его безжизненное тело, а затем повернули его, чтобы поприветствовать любого, кто войдет в комнату следующим.

Голос Скарлет повысился, когда она продолжила. «У меня впереди много работы. Я не знаю, каким будет мир, когда я пройду через него, но мне будет очень приятно узнать. Империи падут, континенты будут гореть, и когда пожар закончится, я буду там, чтобы наложить свой отпечаток на новый мир, которым он станет.”

Маниакальное веселье вспыхнуло в ее глазах, и она сказала: «До свидания, старый друг. Все хорошие ученики должны принять мантию своего учителя и поделиться достигнутой мудростью.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *